Главная \ Новости \ Ситуация в России. Реальная возможность снижения инфляции и СТАГФЛЯЦИИ

Ситуация в России. Реальная возможность снижения инфляции и СТАГФЛЯЦИИ

« Назад

26.03.2014 17:51

Ситуация в России. Реальная возможность снижения инфляции

В России все произошло иначе. Все последние годы Россия оставалась страной с крайне высокой инфляцией, которая к тому же увеличилась с 9 % в 2006 г. — это самый низкий показатель инфляции в последние 20 лет в России — до 11,9 % в 2007 г. и 13,3 % в 2008 г. Озабоченные проблемами преодоления финансового кризиса, тяжелых финансово-экономических последствий троекратного снижения цен на нефть и газ, заботой о плавном, а не резком подорожании доллара — все эти новые проблемы, по-видимому, отвлекли от вопросов инфляции, — правительство и Центральный банк никаких специальных мер в этой области не предприняли. Напротив, в попытке предотвратить начавшийся отток капитала и обесценение рубля Центральный банк пошел на повышение ставки рефинансирования сначала до 11, а потом и до 13 %. Процентные же ставки за кредит в коммерческих банках сначала дошли до 16–18 %, а потом во многих случаях зашкалили за 20 %. Все это не снизило, а подхлестнуло инфляцию. Если в октябре-ноябре 2008 г. Минэкономразвития хотело удержать рост потребительских цен в пределах 10 %, то в своем прогнозе в январе оно наметило ориентир инфляции в 13 %. Многие эксперты считают, что рост потребительских цен в России, скорее всего, превысит даже 15 %.

Центральный банк пошел на повышение ставки рефинансирования сначала до 11, а потом и до 13 %. Процентные же ставки за кредит в коммерческих банках сначала дошли до 16–18 %, а потом во многих случаях зашкалили за 20 %. Все это не снизило, а подхлестнуло инфляцию.

Когда пишутся эти строки, наступил март, и вот минимум пять месяцев Россия находится в состоянии стагнации — наблюдается сокращение производства практически по всем направлениям при значительном росте безработицы и двухзначное в годовом выражении увеличение розничных цен.

А можно ли было не допустить стагфляцию во второй половине 2008 г., осуществить целый комплекс серьезных мер по значительному сокращению инфляции и предотвращению стагфляции? Был ли такой шанс? Я думаю, что такой шанс был.

В своих рассуждениях я исхожу из того, что хуже стагфляции в экономике ничего нет. Может быть, гиперинфляция еще хуже, но, слава богу, сейчас она нам не грозит. Поэтому мне казалось, надо стремиться уйти от стагфляции любой ценой.

Возможность для снижения общего уровня цен

При этом нужно принять во внимание, что в России, впрочем, как и в других странах, складываются благоприятные условия для подавления инфляции.

Во-первых, идет снижение мировых цен на нефть и газ втрое, на металл на 30 % и более, на продовольствие в связи с высоким урожаем 2008 г. В результате общий уровень производственных цен (в отличие от потребительских) в сентябре 2008 г. снизился на 5 %, в октябре — на 6,6 %, в ноябре — на 8,4 % и в декабре 2008 г. еще на 7,6 % по отношению к предшествующим месяцам, а в целом — на 25 %. Поскольку в январе-августе эти цены увеличились в целом за 2008 г. (декабрь 2008 г. к декабрю 2007 г.), оптовые цены снизились на 7 %. При этом в первые три квартала 2008 г. они повысились на 18 %, а в 2007 г. увеличились на 25 %.

Государство могло предпринять серьезные усилия для того, чтобы привести розничные цены в соответствие со сниженными издержками и даже подхлестнуть этот процесс, снизив, например, акцизы на бензин и на ряд других товаров.

СНИЖЕНИЕ МИРОВЫХ ЦЕН

• На нефть и газ втрое;

• на металл на 30 % и более;

• на продовольствие в связи с высоким урожаем 2008 г. в 1,5 и даже в 2 раза на разную сельхозпродукцию.

Общий уровень производственных цен (в отличие от потребительских) снизился по отношению к предшествующему месяцу:

в сентябре 2008 г. на 5 %;

• в октябре — на 6,6 %;

• в ноябре — на 8,4 %;

• в декабре — на 7,6 %;

• в целом за сентябрь-дакабрь — на 25 %.

В России в период перехода к рынку не удалось сформировать настоящей конкурентной среды. Она существует только в нескольких областях — в пищевой промышленности, в сотовой телефонной связи и некоторых других. Но во многих отраслях сохраняется высокая монополизация, и отрасли, часто при попустительстве государства, поддерживают завышенные цены, слабо реагируют или реагируют позднее при снижении издержек.

В России в период перехода к рынку не удалось сформировать настоящей конкурентной среды. Она существует только в нескольких областях — в пищевой промышленности, в сотовой телефонной связи и некоторых других.

Цены на нефть, как известно, сократились втрое. В связи с этим цены на бензин в США, в других странах сократились в 1,5–2 раза. А в России они снизились только на 20 %, и массовый бензин для автомобилей сейчас стоит (после роста курса доллара в рублях в 1,5 раза) около 60 центов. В США же цены на соответствующий бензин стоят меньше 50 центов. При этом США половину нефти завозят из других стран, и поэтому издержки на нефть в США существенно выше, чем в России. Россия же является крупнейшим производителем нефти и экспортером нефти с относительно низкой ее себестоимостью. Во всех нефтедобывающих странах, кроме России, цена на нефтепродукты намного ниже, чем в США. Я даже не говорю о нефтедобывающих странах Ближнего Востока, где бензин в нашем понимании стоит копейки. Если бы наше государство хотело избежать стагфляции, оно бы содействовало снижению цен на бензин по крайней мере в 2 раза, снижению цен на продовольствие в связи с хорошим урожаем и низкими издержками, резкому снижению цен на жилье, где монополизация и стремление удержать высокие цены со стороны местных властей особенно велики.

Если бы наше государство хотело избежать стагфляции, оно бы содействовало снижению цен на бензин по крайней мере в 2 раза, снижению цен на продовольствие в связи с хорошим урожаем и низкими издержками, резкому снижению цен на жилье, где монополизация и стремление удержать высокие цены со стороны местных властей особенно велики.

Возможность для снижения государственных расходов

Кроме снижения общего уровня цен производителей в период кризиса как благоприятной основы для сокращения инфляции отметим и другие благоприятные моменты. На наш взгляд, главной причиной высокой инфляции в период подъема российской экономики, особенно в 2007–2008 гг., был огромный рост государственных расходов, финансируемых через консолидированный бюджет, включая внебюджетные государственные фонды. Консолидированный бюджет вместе с указанными фондами составляет около 40 % валового внутреннего продукта России, через который в народное хозяйство впрыскивается ежегодно астрономическая масса денежных средств, поскольку расходы бюджета росли по 35 % в год.

Главной причиной высокой инфляции в период подъема российской экономики, особенно в 2007–2008 гг., был огромный рост государственных расходов, финансируемых через консолидированный бюджет, включая внебюджетные государственные фонды.

С другой стороны, форсировано увеличивались кредиты российских банков, которые составляли около 20 % валового внутреннего продукта. За 2006 г. объем кредитов вырос на 46 %, а за 2007 г. даже на 51 %.

Если к этим суммам добавить большой рост денежной массы в связи с оплатой Центральным банком возрастающих золотовалютных резервов, то понятно, что никакое сжатие денежной массы со стороны Центрального банка не поможет избежать инфляции. Денежная масса М2 (в расширенном варианте) в 2006 г. увеличилась на 49 % и в 2007 г. на 48 %, в то время как ВВП увеличивался на 7–8 %.

Теперь в условиях кризиса и резкого снижения нефтегазовых и других доходов госбюджета расходы бюджета вряд ли будут заметно расти, даже при замещении выпадающих расходов средствами из Резервного фонда. По расчетам Министерства финансов, в связи со снижением цен на нефть и газ и сокращением других налоговых поступлений в бюджет из-за кризиса размер бюджета сократится примерно на 3,5–4 трлн рублей, а из Резервного фонда общим объемом 4,7 трлн рублей намечено выделить для компенсации 2,7 трлн рублей. Поэтому размер расходов бюджета сократится, из профицитного бюджет станет дефицитным. Для инфляции ключевой вопрос о размере этого дефицита и способах его покрытия. Можно было бы пойти на серьезное сокращение ряда статей бюджета, чтобы не допустить увеличения дефицита бюджета свыше 3–5 %; 3 % — это, как известно, норма зоны евро в Европейском союзе, которая позволяет осуществлять безинфляционное развитие в соответствующих странах (уровень инфляции 1–2 %). Судя по всему, правительство не пошло на столь значительную экономию бюджетных расходов и собирается оставить дефицит бюджета в размере 7,6 %, что может вызвать, конечно, повышенную инфляцию.

Из-за кризиса размер бюджета сократится примерно на 3,5–4 трлн рублей, а из Резервного фонда общим объемом 4,7 трлн рублей выделяется для компенсации 2,7 трлн рублей.

Из-за сокращенной ликвидности банков и запредельных уровней процентов, из-за повышенных рисков невозврата кредитов общий размер кредитования банков вряд ли будет существенно расти. Не ожидается также сколько-нибудь заметных приростов золотовалютных резервов, для приобретения которых Центральному банку придется печатать новые деньги.

Таким образом, и с точки зрения предложения денежной массы происходят радикальные сдвиги, которые создают условия для подавления инфляции. Даже относительно небольшое снижение инфляции в условиях кризиса, когда все стараются сберегать денежные средства и банки, нуждающиеся в ликвидности, предлагают высокие ставки депозитов, скорость оборота денег можно замедлить, что тоже будет содействовать дальнейшему сокращению инфляции. В этом же направлении действует и отток капитала из России. Он подстегивает снижение инфляции. Такое уникальное сочетание факторов, облегчающих курс на радикальное снижение инфляции, вряд ли повторится.

В условиях кризиса странно выглядит государственная директива о повышении цен на газ и электроэнергию на 25 % и объяснение этого желанием подтянуть российские цены на газ и электроэнергию до общеевропейского уровня. Зачем России, стране с самыми дешевыми и эффективными топливно-энергетическими ресурсами, подтягивать цены до европейского уровня, т. е. до уровня стран, которые не могут обеспечить себя топливными ресурсами и вынуждены их транспортировать издалека, в том числе и в виде более дорогого сжиженного газа? Добыча нефти и газа европейскими странами — Норвегией, Великобританией и другими — в основном ведется в тяжелых условиях с морских платформ, что делает эту нефть и газ в разы дороже в сравнении с российской нефтью, добываемой на суше. Самое плохое, что директива государства по повышению цен дала сигнал монополизированным компаниям России поддерживать завышенный уровень цен, а иногда даже его поднимать.

Добыча нефти и газа европейскими странами — Норвегией, Великобританией и другими — в основном ведется в тяжелых условиях с морских платформ, что делает эту нефть и газ в разы дороже в сравнении с российской нефтью, добываемой на суше.

Когда мы говорим, что упустили шанс придавить инфляцию в благоприятных для этого условиях, вызванных кризисом, мы имеем в виду и не совсем обоснованную, мягко выражаясь, меру Центрального банка, дважды повысившего ставку рефинансирования, доведя ее до 13 %, т. е. до уровня инфляции.

Заметим, что с целью снижения инфляции центральные банки других стран, прежде всего Америки и Японии, снизили учетную ставку ниже уровня инфляции. В Америке в конце 2008 г. инфляция доходила до 3,5 %, а Федеральная резервная система снизила ставку рефинансирования почти до нуля. И это явилось одной из убедительных причин сокращения инфляции в США до 1,5 % буквально за несколько месяцев.

Повышение ставки рефинансирования в России иногда объясняют необходимостью сдерживать спекулятивные атаки на рубль в связи с его падением по отношению к доллару. Но Центральный банк сам расширил коридор колебаний рубля к бивалютной корзине, и курс рубля за доллар довольно быстро с 23,5 рубля дошел до 36,5 рубля. Повышение процентной ставки Центральным банком дало сигнал другим банкам предельно повысить свои процентные ставки, что резко ухудшило для попавших в кризис предприятий условия для развития. Они не могут теперь по-настоящему пополнить оборотные средства и вынуждены снижать производство. Они не могут перекредитоваться, чтобы отдать долги, в том числе зарубежным инвесторам. При столь повышенных ставках люди практически прекратили брать ипотечные кредиты, кредиты на покупку автомашин. И это стимулировало сокращение и объемов жилищного строительства, и производство автомобилей, которое сократилось на 80 % — рекордную величину среди стран мира. Одним словом, повышение ставки рефинансирования, на наш взгляд, усугубило, а не ослабило кризис.

Если использовать весь арсенал имеющихся у государства средств и выдвинуть в свое время задачу преодоления стагфляции как главное направление усилий государства в период кризиса, то, на мой взгляд, можно было бы придавить розничные цены, скажем, до 5 % уже в 2009 г. и до 3 % в 2010 г.

Увы, мы, по-видимому, уже упустили этот шанс, но все же многое здесь можно и нужно делать незамедлительно.


Комментарии


Комментариев пока нет

Добавить комментарий *Имя:


*E-mail:


*Комментарий: